Ставка здесь - и, надо сказать, небезуспешно - де­лается на самый подход к жизни. Англичане инстинк­тивно чураются какой-либо регламентации, считая ее вмешательством в естественный ход вещей. Идеалом их жизненной философии можно назвать беспрепят­ственное развитие индивидуального. Они исходят из того, что все живые существа - люди, растения, жи­вотные - не только принадлежат к разным видам, но и внутри каждого вида отличаются друг от друга индиви­дуально, в этом смысле природа не знает равенства. Причем только свободное естественное развитие спо­собно наиболее полно выявить черты индивидуально­го своеобразия.

Такова, стало быть, благодатная почва для предста­влений о том, что свобода от постороннего вмешатель­ства и равенство возможностей вовсе не исключают определенной иерархии среди живых существ, кото­рая налицо в природе и потому, мол, естественна и в человеческом обществе. Англичанина, обладающе­го подобной жизненной философией, легче убедить в том, что всех людей нельзя ставить на одну доску, как нелепо равнять гончую с овчаркой или скаковую ло­шадь с ломовой.

Английская элита рассматривает себя как породи­стый класс, который под воздействием таких фак­торов, как наследственность, традиции, воспитание, лучше других подготовлен для управления страной; как особый сорт людей, специально предназначен­ный стоять у кормила власти. Устойчивость британско­го истеблишмента в значительной степени умножает­ся тем, что многие представители других классов ин­стинктивно разделяют подобную точку зрения.

Одни люди заведомо принадлежат к породе руково­дителей, другие к породе руководимых - не нужно ду­мать, что подобный взгляд ушел в прошлое вместе с эпохой королевы Виктории. Он доныне бытует на Бри­танских островах - и не только в темных закоулках че­ловеческого сознания, но вполне открыто, на страни­цах газет. Хочется проиллюстрировать это статьей вид­ного публициста солидной газеты.