-   Эксцентричность в Англии допустима лишь в рам­ках закона или, во всяком случае, в тех пределах, ко­торые отведены для нее обществом. Как только эти границы оказываются нарушенными, эксцентрик ста­новится преступником, - без обиняков заявляет в сбор­нике «Характер Англии» член парламента Ричард Лоу.

Такова, стало быть, концепция свободы, как ее по­нимает законопослушный индивидуалист. Это свобода овец, которые привольно пасутся на английском лугу, не зная, что такое кнут пастуха, и не ведая иных пре­град, кроме живой изгороди, которой обнесено их паст­бище.

Каждый такой баран может быть индивидуалистом, он может, например, есть одни одуванчики или одино­ко пастись в стороне от других овец. Но если такой баран-эксцентрик вздумает бодать рогами изгородь и рваться за ее пределы или тем более увлекать за со­бой все стадо, он быстро угодит на бойню. Ибо, как сказано выше, английский эксцентрик превращается в преступника, как только он дерзнет посягнуть на устои.

В Англии законы почти всегда являются отростками обычаев и традиций. Те самые нравы и обычаи, из которых сложились законы, создали и тех, кто должен им подчиняться; так что люди воспринимают законы как привычные, разношенные домашние туфли. В отличие от французов англичане не испытывают к законам ревнивого чувства, ибо убеждены, что они существуют для общего блага и имеют одинаковую силу для всех. Они не испытывают к ним пренебрежения в отличие от американцев, для которых многие новоиспеченные законы подобны тесной, еще не разносившейся фабричной обуви.

В этом один из секретов законопослушности англичан.

В Англии, как ни в какой другой стране, можно