Хаотичность Лондона и Токио в сопоставлении с чет­кой планировкой Парижа и Пекина воплощает общий подход к жизни, свойственный двум островным наро­дам: представление о том, что человеку следует как можно меньше вмешиваться в естественный ход ве­щей. На взгляд англичан и японцев, город должен ра­сти так, как растет лес. И роль градостроителя, стало быть, не должна превышать роли садовника в англий­ском парке или японском саду. Его дело лишь подпра­влять и облагораживать то, что сложилось само собой, а не вторгаться в разросшуюся ткань города со своими планами.

Эта общая черта принизывает многие стороны жиз­ни двух островных народов вплоть до подхода к воспи­танию детей. Английские родители стараются как мож­но меньше одергивать ребенка, не вмешиваться без нужды в его поведение, способствовать выявлению его индивидуальности. Они относятся к детям так же, как японский резчик по дереву относится к материалу.

Англичане и японцы. Казалось бы, трудно предста­вить себе два народа, более не похожих друг на дру­га! Англичане возвеличивают индивидуализм - япон­цы отождествляют его с эгоизмом. Английский быт ограждает частную жизнь - японский быт исключает возможность ее существования. Однако эти противо­положности, как ни странно, смыкаются в нечто об­щее. Оба народа, как уже говорилось, ставят есте­ственное превыше искусственного. Но этот кардиналь­ный принцип их подхода к жизни не распространяет­ся на область человеческого поведения. Хотя англи­чане превозносят индивидуализм, а японцы осуждают его, как тем, так и другим в одинаковой степени при­сущ культ самоконтроля, точнее говоря, культ предпи­санного поведения.