-    на чужбину.

Англо-шотландские поселения создавались на ир­ландской земле точно теми же методами, что и первые табачные или хлопковые плантации в Америке. В Лон­доне не любят вспоминать, что английские работор­говцы (чьи барыши во многом помогли Британии стать владычицей морей и мастерской мира) начали поста­влять живой товар плантаторам Нового Света отнюдь не из Африки, а из Ирландии. Оттуда было вывезено в Вест-Индию более 100 тысяч мужчин, женщин и детей. Этот факт символично олицетворяет собой конечную цель британской политики в Ирландии: поработить за­воеванный остров, превратить его жителей в рабов.

Топор пресловутых «карательных законов» подру­бил корни ирландской экономики, разорил ее земле­дельцев и скотоводов, ремесленников и торговцев. Ир­ландских крестьян лишили не только наделов, но и во­обще права покупать землю и даже арендовать ее на длительный срок. Не зная, когда их сгонят с участка, они теряли заинтересованность в повышении плодо­родия полей. Ирландским ремесленникам было запре­щено иметь более чем по два подмастерья, переда­вать свое имущество по наследству.

Та самая Англия, которую принято считать неиз­менной поборницей свободы мореплавания, бесцере­монно отрезала Ирландию от экономических связей с внешним миром. Несмотря на обилие удобных портов для торговли с Европой и Америкой, прямой товарооб­мен с зарубежными странами, и в частности вывоз ир­ландской шерсти на континент, был запрещен в угоду английским купцам.

Та самая Англия, которая привыкла кичиться незы­блемостью гражданских свобод, похваляться терпимо­стью к инакомыслию, не позволяла жителям завоеван­ного острова говорить на ирландском языке, обучать детей родной речи. За голову подпольного учителя в XVII веке выплачивалось вознаграждение как за уби­того волка.