Пьер Данино (Франция),

«Майор Томпсон и я» (1957).

Глава 7 ОДИНОКИЕ ДЕРЕВЬЯ

Оправданна ли английская система воспитания? Идет ли она, в конечном счете на пользу психологии и характеру детей? На сей счет могут быть разные мнения. Но вряд ли вызовет споры вывод о том, что система эта не проходит бесследно для самих роди­телей. Подавлять естественные проявления чувств к собственным детям, сдерживать душевные порывы уз­дой самоконтроля - все это неизбежно влечет за собой различные последствия, наиболее очевидной и без­вредной из которых является страсть к домашним жи­вотным.

В родительском сердце кто-то должен занять ме­сто отчужденных детей. Чувства эмоциональной при­вязанности должны получить какую-то отдушину. Ведь если нежность к собственному ребенку не принято от­крыто выражать даже наедине с ним, то самое бурное и необузданное проявление любви к собаке даже на людях не считается зазорным. Но может ли пристра­стие к домашним животным служить равноценной за­меной?

Думается, что сознательное охлаждение родитель­ских чувств, преднамеренное ужесточение сердец к собственным детям сказывается в конечном счете и на других формах личных отношений в семье, включая отношения между мужем и женой. Возводя в культ по­нятие частной жизни, независимости и самостоятель­ности человека, который должен полагаться лишь на свои силы, англичане обрекают себя на замкнутость и, стало быть, на одиночество.

Крепостные стены для защиты от непрошеных втор­жений не только опоясывают домашний очаг, но и раз­деляют его обитателей. Если японская семья замкнута для посторонних, то английская семья замкнута еще и внутри - каждый из ее членов куда больше сохраняет неприкосновенность своей частной жизни. Словом, ду­ша англичанина - это его крепость в не меньшей сте­пени, чем его дом.