С другой стороны, в сознании обывателя умело культивируется иллюзия беспристрастности и над- классовости закона, который, мол, ни для кого не дела­ет исключений. Когда дочь королевы принцесса Анна была задержана на автостраде за превышение скоро­сти, газеты сделали из этого сенсацию, подробно мус­сировали вопрос о штрафе, о письменном извинении в адрес суда. А если вдуматься, вся эта шумиха прине­сла британскому истеблишменту куда больше пользы, чем вреда.

-    Люблю англичан: каждый третий из них чудак, - говорил когда-то Самуил Яковлевич Маршак.

Чудаков в Англии действительно немало. Причем, попав в эту страну, отмечаешь не только самые неожи­данные формы чудачества, но и терпимость, с кото­рой окружающие относятся к эксцентрикам. Важно, од­нако, понять, что английский эксцентрик - это не мя­тежник, а именно безвредный чудак. Индивидуализм в этой стране проявляет себя как бы боковыми путями.

И если Англии, видимо, принадлежит первое место в мире по числу эксцентриков на душу населения, то по числу заядлых курильщиков она занимает, наверное, одно из последних мест.

Английский образ жизни обладает способностью ро­ждать индивидуалистов, которые не бросают вызова общепринятому порядку, но предпочитают отличать­ся от других людей какими-то специфическими склон­ностями или безвредными странностями. Разнообра­зие и своеобразие этих склонностей свидетельствует о том, что, делая упор на незыблемых правилах пове­дения, английское общество оставляет известную от­душину и для индивидуализма.

Английский эксцентрик платит неизбежную дань об­щественному порядку, но в рамках его делает что ему заблагорассудится. Таким образом, человек, который не хочет поступать как все, в условиях английского об­щества чаще становится чудаком, чем ниспровергате­лем основ.