Обладатель «старого школьного галстука» имеет в 22 раза больше шансов попасть в Оксфорд или Кембридж, чем учащийся общеобразовательной шко­лы, констатирует доклад «Неравенство в современной Британии».

Классовая сегрегация на этапе средней школы про­должается и в высшей. В Оксфорде и Кембридже учит­ся менее 20 тысяч человек. Среди полумиллиона ан­глийских студентов они составляют лишь 4 процента, то есть примерно такую же прослойку, как воспитанни­ки публичных школ среди 11 миллионов учащихся. Од­нако именно «старый школьный галстук» или диплом Оксфорда или Кембриджа остаются самым надежным ключом к успешной карьере, залогом приобщения к кругу тех, кто держит в своих руках бразды правления.

Характерная особенность Британии состоит в том, что четыре пятых молодежи сразу же после школы начинает трудовую жизнь. На высшее образование вплоть до недавних пор принято было смотреть как на излишнюю роскошь. По числу студентов на тысячу жи­телей Англия заметно отстает от других развитых го­сударств, резко уступая, в частности, США и Японии. Здесь, безусловно, сказываются последствия классо­вой сегрегации, которая присуща английской системе образования больше, чем другим капиталистическим системам.

Помимо неимущих классов (для которых дорога в вуз была несбыточной мечтой) даже многие предста­вители английской буржуазии, особенно мелкие пред­приниматели, относились к высшему образованию не только скептически, но и враждебно. Существовало укоренившееся представление о том, что университет

-   пустая трата времени, что для овладения избранной специальностью важнее практическая подготовка на месте работы. Англичане, попросту говоря, не счита­ют, что торговый агент или банковский служащий будет лучше делать свое дело, имея диплом, или что газет­чик будет лучше писать, если окончит факультет жур­налистики. Нью-йоркское издательство вряд ли наймет редактора без высшего образования. В Лондоне же это обычное дело.