Причем квартирную плату по муниципальным ставкам получал бы (за вычетом расходов на ремонт) сам до­мовладелец. Однако законопроект не был поддержан. Судя по всему, весьма влиятельные круги на Британ­ских островах заинтересованы в том, чтобы нынеш­нее парадоксальное положение сохранялось. Голово­кружительный рост цен на недвижимость, далеко об­гоняющий общий рост дороговизны, открыл совершен­но новые возможности для спекулятивных махинаций в этой области. Теперь нередко бывает, что владельцу недвижимости выгоднее какое-то время держать уча­сток или даже заново построенный дом незанятым, до­вольствуясь тем, что цена его ежегодно повышается чуть ли не на треть, чем получать от съемщиков аренд­ную плату и вносить с нее налог в казну. Причем поня­тие «какое-то время» весьма растяжимо. Для сотен ты­сяч квадратных метров жилой и служебной площади в тридцатипятиэтажном лондонском небоскребе Сентр- пойнт оно составило, например, целое десятилетие.

Лондон богат историческими памятниками. Каждая страница истории страны воплощена здесь в бронзе и мраморе. Но что может сравниться по выразитель­ной силе с монументом, в котором воплотил свои чер­ты современный английский капитализм, - с необитае­мым небоскребом Сентр-пойнт на оживленнейшем пе­рекрестке столицы?

Он возвышается над потоками людей и машин, без­различный к архитектурному облику Лондона, к про­порциям окружающих зданий, к заботам города, зады­хающегося от тесноты. Десять лет на этажах этого зда­ния обитала гулкая тишина. Не раз у стен небоскреба бушевали возмущенные демонстрации. В него в знак протеста вселялись сквоттеры.

Всякий раз, когда заходит речь о жилищной пробле­ме в Англии, у меня встает перед глазами контур не­боскреба, дерзко вклинившегося своими стремитель­ными вертикалями в панораму английской столицы, а на его фоне шеренги демонстрантов - каменщи­ков, землекопов, бетонщиков с самодельными плака­тами: «Бездомные люди, безлюдные дома, безработ­ные строители - этот безумный, безумный, безум­ный мир!»