Англичанин подсознательно стремится отгородить свою частную жизнь от внешнего мира. И порог его до­ма служит в этом смысле заветной чертой. «Мы любим быть сами по себе» - гласит излюбленная фраза. Ка­кие бы отношения ни сложились между соседями, ка­ждый из них строго держится своей стороны изгороди. Даже если смежные участки не разгорожены, граница их все равно соблюдается словно глухая стена. Когда дети по неведению пересекают эту невидимую межу, их тут же с извинениями забирают обратно. (Правом экстерриториальности пользуются в подобных случа­ях лишь такие священные для англичанина существа, как собаки и кошки.)

С соседями принято держаться приветливо, преду­предительно, но без какой-либо фамильярности, спо­собной показаться непрошеным вторжением в част­ную жизнь. Первая заповедь тут: не лезь в чужие дела. Как живет сосед, какие обычаи и порядки заводит он в своем доме - не касается никого другого.

Англичанин инстинктивно относится к своему дому как к осажденной крепости. Жилище его как бы повер­нуто спиной к улице. И если хозяин вздумает летом по­греться на солнышке, он всегда усядется позади дома, а не перед ним.

Окружающий мир должен оставаться за порогом. С незнакомцами или незваными посетителями обычно разговаривают только через дверь, не приглашая их внутрь. Это вовсе не означает, что англичане негосте­приимны. Однако гостей приглашают только заблаго­временно (обычно за две-три недели) и на определен­ный час. Заявиться к знакомым запросто, без пригла­шения или известив их перед приходом по телефону, здесь не принято. Неожиданный звонок у входной две­ри - большая редкость в Лондоне. Если такое и случа­ется, то обычно под Новый год, когда это могут быть либо сборщики пожертвований на благотворительные цели, либо рождественские визитеры - разносчик га­зет, молочник, мусорщик, рассчитывающие на чаевые к празднику.